14 Март 2011

Введение в культурологию




Направление таких размышлений определялось характером современной художнику эпохи, социокультурной средой, собственной эстетической и мировоззренческой позицией. Но если попытаться определить генеральные линии в развитии культурологических концепций, то мы обнаружим две различные и даже противоборствующие позиции в размышлениях о функции литературы: признание, с одной стороны, дидактической функции литературы и искусства (а следовательно, социально и политически активной позиции художника), а с другой стороны, эстетической функции литературы и искусства (следовательно, социально и политически индифферентной позиции художника). Позже это оформляется как борьба «реальной критики» и представителей «чистого искусства», что хрестоматийно известно нам из курса школьной литературы.

«Вечные вопросы» русской литературы всегда были сопряжены с темой Родины, с темой России. Собственно с этого началась русская литература. Достаточно вспомнить «Слово о полку Игореве». Поэтому и размышления писателя об искусстве, культуре в конечном счете всегда связаны с общенациональными проблемами.

ХVIII век — век преобразований — слово писателя подчинил общегосударственному делу. «Россия вдруг облеклась в государственное величие, заговорила громами и блеснула отблеском европейских наук. Все в молодом государстве пришло в восторг… Восторг этот отразился в нашей поэзии или лучше — он создал ее. Вот почему поэзия с первого стихотворения, появившегося в печати, приняла у нас торжествующее выражение, стремясь высказать в одно и то же время восхищение от света, внесенного в Россию, изумление от великого поприща ей предстоящего» (Н.В. Гоголь).

[143]

Самые значительные имена ХVIII в., связанные не только с историей русской литературы, но и с русской философской мыслью — М.В. Ломоносов, А.Н. Радищев. Их взгляды складываются под влиянием идей Просвещения, трудов Руссо, Гельвеция, Гердера, Локка. Позже (начало ХIХ в.) благодаря влиянию немецкой романтики на первый план выступает эстетическая философия Шеллинга. Это влияние выразилось в эстетическом гуманизме Карамзина и Жуковского.

Огромную роль в русской культуре XIX в. играло масонство. Многие русские романтики были «вольными каменщиками» — масонами. Из опыта деятельности масонских лож они вынесли уважение и принципы самопознания, самосовершенствования и самопожертвования. Масонство — одна из граней романтического мировоззрения, которое возникло внутри русского Просвещения.

Размышления А.С. Пушкина о литературном труде, о народности в литературе, статьи и заметки о творчестве зарубежных писателей, журнальной критике, исторические заметки в конце концов определяют не только эстетические взгляды писателя, но его историософскую и культурологическую концепцию. Неслучайно, например, статья «0 ничтожестве литературы русской» (1834 г.) заключает в себе подробные размышления об особенностях русской истории, формулирует вопрос, который толькочерез десятилетие станет определяющим для общественной мысли — вопрос об отношениях России и Запада, а диалог Пушкина и Чаадаева предвосхитил будущие споры западников и славянофилов.

С православной мыслью в русской культуре связано имя Н.В. Гоголя. Существует мнение, что литературная слава Гоголя мешала признанию его философского творчества. Гоголя буквально давит сознание трагической несоединенности церкви и культуры. Спор православия и католицизма приобретает особую напряженность в 40-е гг. XIX в., у Гоголя это связано с новым осмыслением православия и собственной эстетической концепции. Более того, теоретическое осмысление христианства, искренняя вера и творчество вступают в отношения драматического спора.

Православие определило взгляд на историческую миссию России, культуру, слово писателя у Ф.М. Достоевского. Проблема личности, вопрос о следствиях ее свободы, раскрепощения пророчески-напряженно зазвучал на рубеже веков в творчестве этого писателя, в его публицистике. Проблема личности, определяющая для культурологической концепции Достоевского, связана с его религиозными убеждениями, определена убеждениями в исторической роли и будущем всемирном значении христианства. «Я верую в полное царство Христа. Как оно сделается,

[144]

трудно предугадать, но оно будет и пребудет всеобщее царство мысли и света, и будет у нас в России, может, скорее, чем где-нибудь». Стремление к растворению личности в народном единстве — это черта, решающая для мировоззрения Достоевского.

Построение культурологических концепций часто является следствием тревоги творца за судьбу культуры, что особенно естественно для времени рубежа, смены историко-культурных эпох. Наглядным примером тому может быть творчество поэтов начала ХХ в., принадлежавших разным культурам — О.Э. Мандельштама и Т.С. Элиота.

Мандельштам и Элиот из того поколения, которому предстояло дышать воздухом новой эпохи, эпохи XX в. Поэтому оказалась очевидной необходимость постижения законов, ложащихся в основу вновь возникающих конструкций: социальных, психологических, культурных, исторических и т.д., и определения своего места в них. Кроме того, неизбежность «с веком вековать» делала естественной попытку участвовать в создании законов, конструкций, Это объяснялось и чувством исторической ответственности.

Историческая ситуация была общей: кризис, ломка, смена эпох не «предощущались» (как это было свойственно эпохе символизма), а стали фактами действительности и таковыми являлись в сознании. Общей стала попытка найти некий «стержень» как устойчивую точку опоры во все более ощутимых «рывках» истории. Потребность в этом на почве русской истории ощутилась раньше, в европейском сознании — в большей степени после трагических итогов Первой мировой войны. Поэтому неслучайна как общность решаемых проблем, так и принципы подхода к их решению.

В качестве такого «стержня» мыслилась культура в ее общечеловеческих ценностях и надвременных параметрах. Элиот и Мандельштам начинали литературную деятельность в условиях ясно осознаваемого перелома, наступившего в движении предыдущей литературной эпохи. Поэтому естественной оказалась потребность переосмыслить принципы искусства. Критика становилась наряду с поэтическим творчеством стороной деятельности, сопутствовала поэтическому творчеству. В 1917 г. вышла в свет первая книга стихов Элиота «Пруфрок и другие наблюдения», а в 1918 г. написано программное философско-эстетическое эссе «Традиция и индивидуальный талант». Так же начинает и Мандельштам: в 1910 г. впервые публикуются стихи в журнале «Аполлон», в этом же году написана критическая статья «Франсуа Виллон», опубликованная в 1913 г., а в 1912 г. — статья «О собеседнике».

[145]

Теоретизирование по поводу творчества явилось характерной чертой общелитературного начала.