14 Март 2011

Введение в культурологию




При таком обилии подходов зачастую требуется уточнение, например, тогда, когда речь заходит о социальной и культурной антропологии. Когда разговор касается культурологии, то мы неизбежно сталкиваемся с невозможностью однозначного определения понятия «культура», так как данное понятие безусловно и неразрывно связано с понятием «человек», содержание которого, как уже было замечено выше, допускает ряд, зачастую несовместимых подходов. Поэтому, начиная любое культурологическое рассмотрение, необходимо оговорить позицию, точка зрения которой станет краеугольным камнем исследования. Именно здесь становится важным разобраться в сложных отношениях антропологической проблематики.

В рамках культурологических дисциплин одной из наиболее интересных и популярных сейчас является культурная антропология. Возможно, этот интерес обусловлен в значительной степени и тем, что для российской аудитории именно под этим названием оказались соединены различные подходы. В одном случае культурная антропология оказывается приравненной к антропологии философской, в другом случае ее предмет и методы исследования зачастую переплетаются с американской школой культурантропологии и английской школой социальной антропологии.

[132]

Когда речь заходит о социальной и культурной антропологии, то зачастую возникает путаница. И прежде всего по их отношению к такой науке, как этнография. Этнография, вопреки попыткам расширить ее, представляет собой науку об этносах и ее предметом являются закономерности формирования, развития и функционирования этнических общностей, в отличие от общностей классовых, политических, конфессиональных и пр. При этом как этнография, так и социологические дисциплины основным объектом своего изучения имеют реально функционирующие современные общества, где основой выступает собранный полевой материал. Поэтому этнография, социальная и культурная антропология сходны по своему основному объекту. В обоих случаях ими являются народы. Но при этом для данных дисциплин существенно будет различаться предмет исследования. Для социальной антропологии — это существующие в человеческом обществе социальные институты, для культурной антропологии — те или иные аспекты культуры человечества. Ни социальная, ни культурная антропология, обращаясь к изучению отдельных этносов, ни в коей мере не ставит перед собой задачу дать теоретический анализ этнических общностей как таковых. Более того, в ряде случаев социальная и культурная антропология склонны вообще проявлять скепсис в отношении реальности существования этносов как дискретных общностей. Так, Э. Лич, исследуя Бирму, пришел к выводу о том, что качины представляют собой социальную группу, а не этнос.

Путаница возникает и при различении этнографии и этнологии, но она заключается прежде всего в теоретической сущности последней. То есть перечисленные четыре дисциплины: этнография, этнология, культурантропология и социальная антропология находятся в одном поле исследования.

Что же такое антропология и кто такой антрополог в восприятии окружающих? Если простой человек вообще понимает, о чем в данном случае идет речь, то скорее всего свяжет свое представление о данном типе исследователя с изучением и измерением черепов дикарей и заставить его изменить точку зрения будет весьма трудно. Но если все-таки удастся убедить его в важности и многогранности проводимой работы, то антрополог в большинстве случаев будет воспринят как чудак. Американский культурантрополог К. Клакхон в своей книге «Зеркало для человека» излагает это так: в собственной «культурной среде» он был воспринят как «ненормальный», а «дикарями» — как старьевщик, которому можно сбыть все ненужное. Сам антропологический взгляд

[133]

оказывается «странен», и в связи с этим вспоминается анекдот о подопытных крысах, беседующих в клетке. Первая говорит: «Я изучаю условные рефлексы вон у того типа в белом халате». Вторая: «И как результат?». Первая: «Если нажать эту красную кнопку, то он приносит мне еду». Антропологический взгляд часто вызывает сомнения и в своей научности, и в объективности. Для искушенных же он связывается с «антропологическим поворотом» в науке и культуре, «структурной антропологией» К. Леви-Стросса и многим другим.

Антропологией в средние века называли доктрину о человеке в составе теологии, т.е. как человек воспринимается в его отношении к религии. Далее, в эпохи Возрождения и Нового времени гуманисты и энциклопедисты создают свои образы человека и истории, где отправной точкой для дальнейшего развития антропологических взглядов станет периодизация человеческой истории, предложенная А. Фергюссоном, разделением ее на эпохи «дикости», «варварства» и «цивилизации».

ХIX век — это господство позитивизма. У О. Конта, отца-основателя этого направления, антропологии еще нет среди так называемых позитивных наук, из которых он выделяет социологию и биологию. Справедливости ради, здесь стоит отметить, что в англоязычной науке в то время под общим названием «антропология» подразумевался комплекс весьма разрозненных и фрагментарных знаний о человеке, представляющих собой корпус биологических (физиология и морфология примитивных народов) и социологических (социальные институты примитивных сообществ) сведений. Таким образом, мы возьмем на себя смелость утверждать, что классификация наук, предложенная Контом, предрешила судьбу антропологии как позитивной науки. Но обо всем по порядку.

Возникший еще у романтиков сильный интерес к примитивным и, шире, неевропейским народам, к середине XIX в. приводит к появлению антропологии как единой науки о различных народах, включающей в себя историю, психологию, физиологию и т.д. Антропологами в частности называли себя ученые эволюционисты. В 1858 г. начинает выходить издание Т. Вайца “Antropologie die Naturvolkes”. Надо заметить, что интерес к этой теме был всегда. Записи об удивительных народах, живущих по соседству, встречаются и у аккадских писцов, да и вообще распространены в различных культурах Древнего мира. Скорее именно в период европейского Средневековья в силу ряда причин этот интерес сильно уменьшился. Но так называемая эпоха «Великих географических открытий» дала сильнейший импульс для развития этого интереса. Для Германии же в силу внутренних причин тема

[134]

межэтнической коммуникации была остро актуальна уже с середины XVI в., а с начала XVII в. (1607) в Магдебурге начинает печататься серия книг “Etnographia Mundi”. Но эволюционисты полностью перехватили исследование этой проблематики. Эволюционистское учение исходило из трех важнейших принципов: 1) принципа развития, 2) представления о единстве законов развития культуры, 3) принципа развития культуры, согласно психологическим свойствам индивида.