14 Март 2011

Введение в культурологию




В момент принятия христианства Русь была ориентирована на раннюю византийскую литературу, каноническую, «официальную», что было совершенно естественно для неофитов. Хотя в этот период и позднее в византийской литературе появились и новые мотивы, секуляризаторские.

Проблема античного наследия, его заимствования и восприятия состоит не только в том, что именно усвоено — факты, конкретные сведения из разных областей знания и т.п., но и какой материал вошел в древнерусскую философию и литературу.

«Россия могла взять античную культуру прямо из Греции, но этого не сделала», отмечал Г.Г. Шпет [9]. Представляется, что проблема состоит не только в том, что могла и не взяла, но в ином — хотела ли, интересовали ли ее (духовенство, образованные слои общества) те идеи, которые привились и разрабатывались на католическом Западе? Хотя, конечно, выборочность заимствования, ориентир на официальную литературу, неудовлетворительные переводы, несомненно, сыграли отрицательную роль в осмыслении и восприятии античной философии, богословской, научной и иной литературы, упрощенного понимания мифологии античности и др.

Трансформация античного наследия произошла и в Западной Европе, где тоже ощущался диктат христианства, но в России происходило большее искажение в результате двойной «корректировки» — византийской и русской и отсутствия обязательного знания древних языков, что препятствовало самостоятельному изучению текстов. Кроме того, отрицательное отношение к античности в русской церкви проявлялось более, чем в католической. Негативно, впрочем, у нас относились и вообще к «латинству». Это связано и с разделением церквей (великой схизмы) 1054 г., когда римский папа Лев XI и Константинопольский патриарх Кируларий предали друг друга анафеме (окончательный разрыв произошел после завоевания и разгрома Константинополя в 1204 г. крестоносцами), и в реальной практике международных отношений. Это недоверие начало преодолеваться русскими постепенно с XVII в. Отношение же к нам иностранцев — и католиков и протестантов очень хорошо можно проследить по мемуарам, оставленным путешественниками по России и другим источникам. В большинстве из них прослеживается явное нежелание понять Россию, ее народ и культуру и неуважительное к ним отношение.

[110]

Проблема заимствования, культурного взаимодействия не сводится только к восприятию античного наследия. Не менее важными были культурные контакты с соседями. Наши соседи: местные племена угро-финской группы, северные соседи — варяги и особенно юго-восточные — печенеги, половцы, затем монголо-татары, были, в основном, представители иной — не оседлой, кочевой, степной культуры. Они находились на очень близком либо более низком уровне культурного развития. А зачастую наши культуры были просто несовместимы или, как говорил Л.Н. Гумилев, не комплиментарны друг к другу. Русь в своих культурных контактах с Востоком получила многое, но эти заимствования и культурные приобретения были достаточно противоречивы; носили как позитивный, так и негативный характер. Особенно монголо-татарское нашествие, принесшее горечь поражения, унижение национального достоинства, которые проявились в культурном развитии этноса. Оно оказало влияние скорее на уровне менталитета и сказалось на слабой выраженности личностного сознания и «огосударствлении» индивида. Хотя почва для этого была уже подготовлена, но века ига этот процесс усилили, интенсифицировали, убыстрили, закрепили.

Для Западной Европы Восток был представлен арабским миром, утонченная культура которого превосходила европейскую почти до XIII в. Арабы подарили западной цивилизации многие достижения своей культуры в разных областях (философии, естествознании, медицины, техники, строительства, металлургии, дали бумагу, элементы бытовой культуры и т.д.). Можно рассмотреть и иные взаимовлияния, которые получили отражение в развитии наших культур.

Русская древность относится к языческому периоду в развитии культуры. Интерес к этому важнейшему этапу в нашей истории — верованиям, мифологии возник в русском образованном обществе только с конца XVII в. Язычество как целостная система не было зафиксировано в письменных источниках и поэтому не смогла занять в сознании русского книжника достойного места как феномен, имеющий ценность с точки зрения национальных традиций. Как отмечал известный историк и этнограф начала XX в. Н.М. Гальковский: «Никто не интересовался нашим язычеством, никаких записей на этот счет не было сделано. Кто писал о язычестве, тот стремился не к сохранению, к его искоренению. Таким образом, письменные сведения отрывочны и случайны» [10].

В то же время влияние нашей древней культуры на традиции, обычаи и обряды, фольклор, национальный характер, хозяйственную деятельность,

[111]

культуру повседневности и многое другое прослеживается в течение всех последующих веков в большей или меньшей степени. Особый интерес к ним проявился на рубеже XIX-XX в. и в конце XX в. К этой теме обращались такие авторы, как А.Н. Афанасьев, Ф.И. Буслаев, А.А. Потебня, И.П. Сахаров, А.С. Фаминицын, а также наши современники — В.Я. Пропп, В.В. Иванов, В.Н. Топоров, Б.А. Рыбаков и др. Оригинальная точка зрения на нашу древнюю историю была высказана рядом исследователей в связи с находкой «Велесовой книги» — письменного документа далекой дохристианской истории. Отношение к достоверности «Велесовой книги» неоднозначно, но в любом случае эта находка вызывает интерес к нашей древности.

Принятие христианства — важный переломный момент в развитии Древнерусского государства, который оказал всестороннее влияние на его культуру. Христианство явилось духовной основой европейской цивилизации. Выбор великого князя Владимира в качестве новой религии для своего государства именно его, а не ислама или иудаизма, оправдан. В нем проявилась ориентация на Европу, а не на Азию. Из двух наиболее значимых ветвей христианства: католичества и православия, он выбрал православие, т. е. ортодоксальное христианство (греч. слово, означающее правоверный, неукоснительно следующий определенному учению). К ортодоксальному христианству принято относить те течения христианства, которые признают истинность и незыблемость Библии, постановлений первых Вселенских Соборов, писаний отцов церкви. Православие и до сих пор одна из твердынь ортодоксии. Отсюда и название — православие (от правильно славим Христа). Принятие православия не ослабило, а укрепило положение Древней Руси в христианском мире. Оно до XIII в. было достаточно устойчивым и значимым. Принятие православия вовсе не означало разрыва с Западом.