16 Март 2011

История философии (общий курс)




58 Там же. С. 115.

59 Там же. С. 116.

60 Там же.

Наконец, третья форма — это коммунизм как «положительное упразднение частной собственности — этого самоотчуждения человека — и в силу этого как подлинное присвоение человеческой сущности человеком и для человека» [61]. «Коммунизм эмпирически возможен, — отмечает Маркс, — только как действие господствующих народов, произведенное «сразу», одновременно, что предполагает универсальное развитие производительной силы и связанного с ним мирового общения» [62]. Такой коммунизм, в противоположность грубому казарменному коммунизму, отрицающему личность, равен, по Марксу, завершенному гуманизму. [63]

Итак, действительный коммунизм, как считал Маркс, предполагает кардинальное изменение характера труда, человеческой деятельности. Маркс связывал это не только с тем, что он называл «уничтожением труда», превращением деятельности в самодеятельность, но и с превращением науки в непосредственную производительную силу, с резким сокращением рабочего времени и значительным увеличением свободного времени как времени свободного развития человека. И в «Немецкой идеологии» Маркс уже констатирует следующее: «Без этого 1) коммунизм мог бы существовать только как нечто местное, 2) самые силы общения не могли бы развиться в качестве универсальных… 3) любое расширение общения упразднило бы местный коммунизм» [64]

61 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42.

62 Там же. Т. 3. С. 34.

63 См.: там же. С. 116.

64 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 4. С. 25.

Маркс поэтому чисто терминологически избегает называть общество, в котором частная собственность положительно упразднена, коммунизмом. Он предпочитает называть его социализмом. «Социализм, — пишет Маркс, — в заключение раздела о коммунизме, — есть положительное, уже не опосредствуемое отрицанием религии самосознание человека, подобно тому, как действительная жизнь есть положительная действительность человека, уже не опосредствуемая отрицанием частной собственности, коммунизмом. Коммунизм есть позиция как отрицание отрицания, поэтому он является действительным, для ближайшего этапа исторического развития необходимым моментом эмансипации и обратного отвоевания человека. Коммунизм есть необходимая форма и энергический принцип ближайшего будущего, но как таковой коммунизм не есть цель человеческого развития, форма человеческого общества» [65].

528

Та же самая идея, что подтверждает ее неслучайный характер, будет повторена в «Немецкой идеологии»: «Коммунизм для нас не состояние, которое должно быть установлено, не идеал, с которым должна сообразоваться действительность. Мы называем коммунизмом действительное движение, которое уничтожает теперешнее состояние» [66]. Как раз потому, что это движение, уничтожающее нынешнее состояние, Маркс с Энгельсом решили присоединиться к нему на некоторых условиях, одним из которых было то, что основной документ этого коммунистического движения будет написан именно ими. И это решение было связано также с тем, что в Германии, как они поняли, не было силы, способной совершить демократическую революцию.

65 Там же. С. 127.

66 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 34.

Все это, к сожалению, осталось в рукописном наследии Маркса и о коммунистических взглядах его и Энгельса как в положительном, так и в отрицательном смысле, и адепты, и противники судили в основном по «Манифесту Коммунистической партии». Но «Манифест» — это не столько теоретический, сколько пропагандистский документ, который не дает полного представления о действительных научных взглядах его авторов.

7. Материалистическое понимание истории

Уже в немецкой классике, и прежде всего у Гегеля, историческая закономерность, в отличие от природной, в основе своей есть свобода. И Маркс, как затем будет принято говорить, «переворачивая» Гегеля с головы на ноги, вовсе не отменяет этот закон, а дает ему основание в виде производственной и общественной практики. Диалектика свободы и необходимости в историческом процессе у Маркса остается та же самая, только становится более конкретной. И вообще движение от Гегеля к Марксу есть движение от абстрактного к конкретному.

529

Масштабом измерения человека у Маркса является не Дух и не Природа. В противоположность этим заранее заданным внешним масштабам, у Маркса речь идет о предметно-преобразующей деятельности самих людей, в ходе которой они изменяют и мир, и самих себя. Процесс изменения людьми мира и процесс изменения самих людей есть исторический процесс. Поэтому люди — продукты истории, а не Бога и не Природы. Таково основное положение того воззрения, которое сам Маркс называл материалистическим пониманием истории.