16 Март 2011

Философия Политики




У многих народов (в частности, у современных эстонцев), сохранились рудименты женских тайных обществ. Они имелись и у русского народа, и ряд древних русских ритуалов («похо-роны кукушки», «кукушкины слезки», «опахивания деревень» *, которые существовали вплоть до начала XX века в русских деревнях, были рудиментами сакральных культов, свя-занных с женскими тайными обществами.
В Индии существует религиозное общество поклонниц черной богини Кали — «дакини». Это тайное общество агрессивно «феминистского» типа, которое в определенных экстатических состояниях практикует священное насилие (над мужчинами) вплоть до людоедства. Сохранившиеся до сих пор в Индии «дакини» весьма напоминают древних вакханок — жриц бога Диониса. Другим женским тайным обществом было общество римских «весталок», хранительниц священного огня. Согласно немецкому историку Бахофену (и его последователю Герману Вирту*), женские тайные союзы являются рудиментами матриархального периода цивилизации.
Интересно, что феминизм возник именно из европейских тайных обществ — в XX веке некая госпожа Деразм основала так называемую «смешанную» масонскую ложу (mixеd masonry), куда — в отличие от обычных масонских лож — принимали женщин. Она называлась ложей «Прав человека». У современного феминизма имеются мистические корни, связанные с тайными обществами. *
Тайные общества на профессиональной основе как частные приложения жречества
Тайные общества лежат в основе многих профессий — как современных, так и «примитив-ных». У некоторых палеоазиатских народов — эвенков, чукчей и других народов Севера — до сих пор существуют полноценные тайные общества. Например, тайное общество охотников на тюленей, которые имеют свои опознавательные знаки, свои редакции легенд, обычаи, исполняют специальные танцы (подсматривать за этими танцами, проникать в структуру того, что происходит на «тюленьем празднике», непосвященным людям того же племени строжайше запрещено, и любопытных ждет суровое наказание).
Откуда берется тайное общество, связанное с профессией? Жрецы образуют тайные общест-ва, поскольку ведают мифами, осознанием глобальных, невидимых структур мировой души, и их ритуалы и жреческие функции являются тайными, закрытыми от других по вполне по-нятным причинам. В профессиональной же деятельности Политического мало. Однако в традиционном обществе даже прикладные и бытовые вещи: строительство чума, изготовле-ние простой утвари, зажигание огня или долбление лодок (у эскимосов) связаны с потусто-ронними мирами. То есть, с невидимым, тайным, секретным сопряжены не только централь-ные, наиболее масштабные и важные вещи, к которым апеллирует Мерлин в рамках Политического, но и конкретные ремесла.
В мире Традиции все сакрально, и поэтому у каждого вида труда существует некий сакраль-ный предок.
Можно объяснить социальные функции профессиональных инициаций таким образом. — «Если сегодня мы, — спрашивают себя эскимосы, — стреляем из лука белок, откуда мы взяли лук? И почему научились бить белок, а не друг друга?»
На этот вопрос у эскимоса есть только один мифологический ответ: «Некогда в древности Великий Дух пришел и принес лук, и дал его нам, эскимосам. Этот невидимый Дух нас обла-годетельствовал и приказал:»Ты, эскимос, в другого эскимоса не стреляй, стреляй в белку». Таким образом, исток такой простой вещи как охота на материальных белок осознается и осмысляется профессиональным охотником-эскимосом в рамках сакральной парадигмы. Ис-токи всего видятся в полноценном золотом веке, «во время оно», когда «приходил Великий Дух». Потом все постепенно забывается, деградируют, и лишь хранители священного преда-ния, знания об истоках, верно несут древнюю мудрость.
Откуда берет охотник имя для лука, знание о его устройстве? Откуда берет он конкретные ритуалы, песни и танцы, которые исполняет на тайных инициатических собраниях, посвя-щенных данной профессии (в частности, стрельбе из лука)? Конечно же, не из самого себя, это элементы эпоса, структуры представления о мире, которую продолжают, передают друг другу жрецы.
Традиционное общество всегда имело тайные общества, тайные организации профессио-нального толка. Но содержание этих организаций — тайных союзов охотников, рыболовов или кузнецов — проистекает из общего мифологического комплекса, за который отвечало «главное тайное общество» или же жречество.
Профессиональные объединения, тайные союзы на профессиональной основе были конкре-тизацией или спецификацией мифологической модели, существующей именно в жреческих организациях. Среди всех типов тайных обществ всегда было центральное ядро, то общее, из которого выводилось все конкретное, частное. Жреческое тайное общество было общим элементом, профессиональное тайное общество — частным.
Отсюда мы видим использование в сугубо жреческих, например, шаманских ритуалах, эле-менты профессиональной утвари — охотничьих, музыкальных, кузнечных, рыболовецких принадлежностей. Вопреки распространенной эволюционистской гипотезе, это свидетельствует не о происхождении жреческих (шаманских) инициаций из более древних профессиональных ритуалов, но, напротив, о синтетическом характере жреческих инициатических обрядов и культов, которые несут в себе истоки возможных адаптаций к сакральным ритуалам конкретных профессий. Не шаман сакрализирует лук охотника в своем экстатическом ритуале путешествия в иные миры, но сам лук как инструмент охоты возникает как частный случай применения жреческого символа, который означает месяц, женское начало, а вместе со стрелой сакральный брак (ieroz gamoz по-гречески), мужского и женского, земного и небесного и т.д. Если у этого инициатического символа находится практическое применение — прекрасно. Но он не потеряет своего значения и в том случае, если окажется совершенно бесполезным, как многие другие предметы шаманского камлания — бубен, погремушки, лестницы и т.д.
Тайные общества и кастовые соответствия
Центральная позиция тайного общества в политических системах традиционного мира явля-ется нормой. Рассмотрим, как меняется отношение к этой теме и ее трактовка в зависимости от исторической модели рассмотрения истории Политического.
В рамках мифа о деградации мы имеем следующую картину.
Полноценный золотой век воплощается в фигуре короля-жреца. В этом представлении еще нет разделения на жреческое, военное и профессионально ремесленное, вся власть — видимая и невидимая, «король Артур» и «Мерлин» — совмещена в единой фигуре. Это синтетическая каста хамса.
После золотого века начинается расщепление изначального единства. В начале происходит общее деление на касты жрецов и воинов. Появляется тайное общество жрецов (Мерлин) и явное общество воинов (король Артур).