16 Март 2011

Философия Политики




Философ Ламетри, развивая идеи других мыслителей Просвещения, в частности, Рене Де-карта, учил, что «человек есть машина». Из этого уравнения легко получить полное отожде-ствление технического развития с эволюцией человека.
Различные версии теории прогресса
Среди прогрессистов существуют разнообразные взгляды на то, что является источником, двигателем прогресса. Одни считают, что материя обладает определенным «жизненным ко-дом» (философия «витализма» — от латинского «vita», «жизнь») и саморазвивается, другие (дарвинисты) учат о «естественном отборе», третьи — о статистических закономерностях, четвертые (марксисты) — о трудовых отношениях, пятые (гегельянцы) — о «развертывании Абсолютной Идеи» и т.д.
Если проследить историю возникновения и утверждения идеи прогресса, мы получим схему распространения этих идей из легко локализуемого центра — это Западная Европа (особенно Англия, Франция и Голландия) XVII-XVIII веков. При более внимательном изучении мы обнаружим, что целый ряд мыслителей и философских школ, в целом принимающих тезис «прогресса», толковали его в таком ключе, что его содержание менялось весьма существенно (подчас на прямо противоположное). Пример — философ и мыслитель, идеолог Великой французской революции Жан Жак Руссо. Будучи, с одной стороны, сторонником Революции, он считал, что социальная история есть процесс накопления лжи, насилия, эксплуатации и отчуждения, т.е. зло. А первобытное состояние человека, напротив, было идеальным. Руссо проповедовал концепцию «доброго дикаря», который является жертвой истории, предлагал «вернуться к природе», к изначальному состоянию. В некотором смысле, социальная Революция, по Руссо, есть одновременно и движение вперед, и возврат к «изначальному состоянию». Это сопоставление «точки начала» с «точкой конца» мы встретим в разных версиях во многих революционных теориях (в том числе в марксизме) и подробное объяснение этому будет дано позднее.
История как постоянство (перманентизм, теория циклов)
Третий взгляд на историю — т.н. «перманентизм».
С этой точки зрения, процесс исторического развития, ход времени не затрагивает фунда-ментальных основ человеческого бытия. Перманентизм утверждает, что человеческое обще-ство сущностно не меняется, оставаясь самим собой, меняются только его внешние формы. Одним из выражений перманентизма является теория циклов, циклизм. Слово «цикл» обра-зовано от греческого «kucloz», т.е. «круг». Такой подход утверждает, что человеческое обще-ство движется по кругу, начиная с подъема — к расцвету и упадку, потом опять подъем — расцвет — упадок и т.д. Одна цивилизация заканчивается, начинается новая цивилизация, которая затем вновь вырождается.
Вечное возвращение
Перманентизм не отрицает ни относительного регресса, ни относительного прогресса, но периоды регресса и прогресса циклически сменяют друг друга, возвращаясь в разных формах и на разных уровнях к исходной точке. Перманентизм не принимает лишь теории абсолютного прогресса или абсолютного регресса, отказываясь считать, что предшествующий и последующий периоды развития являются качественно и содержательно несопоставимыми между собой. Если теоретики регресса считают, что современный человек так низко пал, что его далекие предки по сравнению с ним кажутся «неведомыми ангелами», которых он абсолютно не в силах понять, а верующие в прогресс, напротив, видят людей прошлого как «умственно неполноценных» дикарей, то перманентисты полагают, что человек сущностно остается тем же самым на протяжении всей истории, и под разными обличиями, учениями, обрядами и культурами многократно обыгрывается качественное содержание одного и того же неизменного факта «человеческой души».
Перманентизм, исходя из своей логики, провозглашает, что разные общества живут в разных циклических периодах, и поэтому их линейное сравнение совершенно некорректно — это все равно, что на основании различий организма старика и ребенка делать выводы о превосходстве одного над другим. Цивилизации, культуры и народы, как и люди, проходят стадию младенчества, затем буйно расцветают, затем достигают зрелости, а затем, дряхлеют, рассыпаются и исчезают. Им на смену приходят новые цивилизации, культуры и народы. При этом не всегда цикл осуществляется полностью — в определенных случаях какие-то внешние (реже, внутренние) факторы могут искусственно прервать этот процесс на промежуточной стадии. Кроме того, разные циклы могут входить в резонанс, в противофазье, накладываться друг на друга и т.д. Все это дает богатую картину многообразной исторической реальности.
Сторонники регресса видят историю как энтропию, убывание изначальной энергии. Про-грессисты, напротив, верят в ней негэнтропию, эволюционное возрастание энергии.
«Перманентисты» видят энергию человеческой истории как нечто постоянное, сохраняющееся — где-то она убывает, где-то прибывает. Раз человечество не меняется принципиально и качественно, рассуждают они, значит, любая новая цивилизация, религия, культ, политическая система или культура повторяют предыдущие, и чтобы познать их, следует лишь правильно подобрать код, позволяющий установить соотношение между неизменной глубинной постоянной частью («вечной структурой души») и внешними формами. Новое здесь понимается через его соотнесение с постоянным и неизменным. Настоящее, прошлое и будущее в равной мере познаются здесь через вечное.
С этой точки зрения, для «перманентистов» Новое время и современное человечество также не являются ни «новым», ни «современным». За фасадом этих претензий, с их точки зрения, скрывается общий неизменный архетип, который (пусть сложнее, чем в других случаях) тео-ретически можно выяснить и описать. Все «новое», согласно позиции последовательного циклиста, это хорошо забытое «вечное».
Перманентистское отношение к проблеме времени может быть определено формулой «веч-ное возвращение». Такой подход не знает «стрелы времени», т.е. того, что применительно к рассмотрению исторических событий называется «историей». Время здесь не необратимо. Время не имеет однонаправленного вектора, оно не поступательно.
Модель понимания истории и Политическое
Очертив самым приблизительным образом три подхода к пониманию истории, следует учесть, что любое высказывание, которое делается относительно политики, Политического, с необходимостью проистекает из одного из них, а любой человек, рассуждающий на эти темы, обязательно (сознательно или бессознательно) отталкивается от одной из трех моделей. Прежде чем всерьез говорить о философии политики, следует определить, с какой историче-ской позиции мы собираемся оценивать Политическое. Речь идет о парадигмальных уста-новках3, которые чаще всего остаются за кадром, и о которых редко говорят открыто и ясно.