16 Март 2011

Социальная экология




Более развернуто трактовал интересующий культурно-этический вопрос В. С. Соловьев. Он писал, что возможно троякое отношение человека к внешней природе: страдательное подчинение ей в том виде, в каком она существует, затем длительная борьба с нею, покорение ее и пользование ею как безразличным орудием и, наконец, утверждение ее идеального состояния — того, чем она должна стать через человека. Безусловно, нормальным и окончательным, подчеркивает далее В.С.Соловьев, следует признать только третье, положительное отношение, в котором человек пользуется своим превосходством над природой не только для своего, но и для ее — природы — возвышения.
Детализируя эти мировоззренческие, пронизанные экокультурным лейтмотивом постулаты В. С. Соловьева, первый, страдательный, исторический тип экокультуры И.П.Сафронов в своей работе «Формирование экологической культуры учителя» характеризует как доцивилизационный. В тот период личность еще не является субъектом экологической культуры, поскольку тогда она была неотделима от племени, слита с ним. Уже этот вид экологической культуры имел свои этические принципы, хотя и не осознанные — в них уже проявляла себя некая мудрость человека в отношении к природе. Примечательно в связи с этим, что некоторые ученые отмечают сохранность тех давних этических принципов в ряде регионов мира вплоть до настоящего времени. Так, ирокезы перед тем как убить медведя произносят монолог, объясняя, что ими движет жесткая необходимость, но отнюдь не жадность или стремление «нанести ему бесчестье». То есть ощущение единства с природой, так же как и императив очеловечивания природы, прошли испытание временем; от этого императива недалек и другой, не менее актуальный — «Не убий!»
За страдательным типом экокультуры последовал «цивилизационный», преобразовательный тип, который затем привел к господству над природой и даже к борьбе с ней. Центральным субъектом экологической культуры становится индивид с присущим ему эгоцентризмом. Этот процесс был вполне естественным, объективным, и он не может осуждаться с позиций современной нрав-ственности. Наступательное отношение к природной среде через переход от присвоения готовых, естественных ресурсов к производству с помощью орудий труда, через промышленную и научно-техническую революцию в общем плане, через создание «второй» искусственной среды обитания привело к новому типу экологической культуры. Этот тип культуры, которого человечество еще продолжает придерживаться, в весьма заметной мере инициируется западноевропейской философией, в своей основе во многом эгоцентричной. Формируется понимание природы как объекта, отдаленного от человека, более того, противостоящего ему.
Нарастающее техническое и интеллектуальное могущество индивида и человечества в целом в конце концов привело к подрыву стабильности биосферы и к тому глобальному экологическому кризису, который мы сейчас имеем. На возникающую угрозу первоначально указывали выдающиеся, наиболее дальновидные мыслители. Среди них Н. Ф. Федоров — он весьма определенно и жестко указывал: мир идет к концу, цивилизация, эксплуатирующая природу, не восстанавливающая ее, может привести только к такому итогу. В начале второй половины нашего века коллективные исследования ученых на основании тревожных объективных данных подтвердили это предупреждение. Так, участники знаменитого Римского клуба в докладе «Пределы роста» (1972 г.) констатировали, что при сохранении темпов нарастающего увеличения мирового населения параллельно с высокими темпами производства, загрязнением окружающей среды и истощением естественных ресурсов к середине XXI в. наступит глобальная катастрофа.
С мировоззренческой точки зрения и с позиции культуры эти прогнозы выдержаны в духе «экологического пессимизма». Конечно, такой культурный императив является тупиковым. Духов-ный пессимизм вообще характерен для кризисных, переходных ситуаций, в недрах которых с неизбежностью закономерно зарождаются и иные тенденции, в том числе и в сфере культуры.
В интересующей нас области — человек и окружающая его социальная и природная среда — происходит становление прогрессивного современного типа экологической культуры, который многие авторитетные специалисты справедливо оценивают как «гуманистический («ноосферный») тип». Этот новый тип экологической культуры хотя и с большими трудностями и в разной степени, но неуклонно и достаточно уверенно охватывает все ее основные подсистемы: экологические, социальные и производственные отношения, экологическое мышление, экологическую дея-тельность, экологические общественные институты и, наконец, особо важное для нас — экологическое образование и воспитание.